Иные виды ответственности спортсменов и тренеров за нарушение антидопингового законодательства



Оглавление

Введение

Во все времена спортивные соревнования, как на международном, так и на внутригосударственном уровне основывались на принципах «fair play»(честной игры), одним из которых является запрет использования допинга и любого искусственного стимулирования для достижения лучших спортивных результатов. Спорт играет особую роль в мире: возрастает политическое, экономическое и социальное значения спортивных побед для отдельно взятой страны, так как это значительно поднимает уровень её престижа в глазах других государств, а также позволяет проводить активную пропаганду здорового образа жизни внутри страны. Планка спортивных достижений стала столь высока, что становится порой немыслимо не просто установить новый мировой рекорд, а даже приблизиться к нему. В связи с этим многие спортсмены прибегают к таким неблаговидным способам получения необходимого результата, как использование допинга, тем самым трансформируя спорт из битвы спортсменов в битву фармацевтических компаний. Как на международном, так и на национальном уровне разработаны механизмы ответственности спортсменов и тренеров за допинг, которые являются одними из самых действенных способов борьбы с данным явлением.  Однако, несмотря на это,проблема допинга особенно в современной России в свете недавних событий является одной из центральных проблем спортивного сообщества, а юридические механизмы ответственности в сфере спорта не имеют достаточной эффективности и нуждаются в совершенствовании.

Спортивное право является межотраслевым институтом, научная основа которого еще не достаточно разработана. Исследование будет основано на трудах следующих ученых, представляющих различные отрасли правовой науки: С.В. Алексеев, И.М. Амиров, А.А. Арямов, В. М. Байрамов, Блажеев В. В., О.А. Брусникина, Б.А. Булаевский, С.П. Евсеев, Н.А. Жабин, Л.И. Захарова, С.А. Ищенко, М.А. Колыванцева, И.В. Кудашова, Ю.А. Кузнецов, А.С, Леонов, А.Н. Песков,  Е.В. Погосян, М.А. Прокопец, В.В. Сараев, Ю.Г. Сохин, Е.Е. Стасеев, А.В, Федоров, О.А. Шевченко и др.

В основу исследования положен диалектический метод познания, а также и иные методы: системный, статистический, сравнительно-правовой и формально юридический.

Предмет исследования: Предметом исследования является законодательство РФ, устанавливающее ответственность спортсменов и тренеров за нарушения антидопинговых правил, а также международное регулирование, устанавливающее стандарты борьбы с допингом и порядок привлечения к ответственности за их нарушение.

Цель исследования: Целью данного исследования является анализ существующих механизмов ответственности спортсменов и тренеров за допинговые нарушения в РФ и выявление основных проблем законодательного регулирования в данной области.

Задачи:

  1. Идентифицировать нормы, регулирующие отношения в сфере борьбы с допингом в системе российского законодательства и сопоставить с международным регулированием;
  2. Рассмотреть основания привлечения к спортивной ответственности спортсменов и тренеров в РФ;
  3. Проанализировать порядок привлечения к спортивной ответственности спортсменов и тренеров в России: выявитьрольRUSADA,CAS;
  4. Изучить иные виды ответственности за допинг, предусмотренные в РФ(трудоправовая, уголовная, административная ответственность).

Научная новизна настоящей работы состоит в том, что она является комплексным исследованием вопросов спортивной ответственности спортсменов и тренеров в РФ за нарушение антидопингового законодательства наряду с иными видами ответственности за допинг, а также представляет собой оценку эффективности данных механизмов и выявление основных проблем в регулировании.

ГлаваI. Спортивная ответственность спортсменов и тренеров за нарушение антидопинговых правил

  1. Обзор национального и международного антидопингового законодательства

Прежде чем рассматривать основные составы допинговых правонарушений, которые имеются в законодательстве РФ и меры ответственности российских спортсменов и тренеров, необходимо определиться с нормативно-правовой базой, посвященной вопросам антидопингового регулирования. В отечественном законодательстве в п. 1 ст. Федерального закона от 04.12.2007 N 329-ФЗ в ред. от 05.12.2017 "О физической культуре и спорте в Российской Федерации" (далее– ФЗ «О физической культуре») говорится о том, что предотвращение допинга в спорте и борьба с ним осуществляются в соответствии с общероссийскими антидопинговыми правилами, утвержденными федеральным органом исполнительной власти в области физической культуры и спорта, и антидопинговыми правилами, утвержденными международными антидопинговыми организациями (далее – антидопинговые правила) —Федеральный закон от 04.12.2007 № 329-ФЗ "О физической культуре и спорте в Российской Федерации" (с изм. и доп., вступ. в силу с 16.12.2017) // Российская газета . № 276. 08.12.2007..Так, прежде чем рассматривать конкретные механизмы спортивной ответственности, в первую очередь следует определить, что собой представляют, как общероссийские антидопинговые правила, так  и антидопинговые правила, утвержденные международными антидопинговыми организациями. Данные формулировки достаточно неоднозначны, так как не раскрывают, какой именно акт\акты следует относить к антидопинговым правилам.

Говоря о международно-правовых документах, следует отметить, что их массив, посвященный вопросам противодействия допингу в спорте, достаточно велик и не ограничивается одним Всемирным антидопинговым кодексом ВАДА(далее – Кодекс ВАДА), а состоит из целого ряда документов, различного действия —Всемирный антидопинговый кодекс в ред. от 2015 г. // Сайт РУСАДА . [Электронный ресурс].URL:http://rusada.ru/upload/iblock/fcd/Всемирный%20антидопинговый%20кодекс%202015.pdf (Дата обращения 03.04.2018)..

В первую очередь, стоит отметить документы международного межгосударственного характера. В рамках такой межправительственной организации, как Совет Европы, была принята региональнаяКонвенция Совета Европы «Против применения допинга» от 16 ноября 1989 г.(далее– Конвенция от 1989 г.) —Конвенция Совета Европы против применения допинга от 16 ноября 1989 года N 135 // Бюллетень международных договоров. № 2. 2000., основной  целью которой является укрепление сотрудничества между странами-участницами данной организации для искоренения такого негативного явления, как допинг в спорте. В частности в Конвенции от 1989 г. говорится о том, что употребление спортсменами запрещенных препаратов(допинга) подрывает основные принципы спорта, провозглашенные  Олимпийской хартией, Международной хартией спорта и физического воспитания ЮНЕСКО, Резолюцией(76) 41 Комитета министров Совета Европы. Данная Конвенция закрепила определения следующих понятий: «допинг в спорте», «виды фармакологических допинговых препаратов или методы допинга», «спортсмены». Также в ней обозначены меры, которые необходимы к принятию подписавшимися сторонами:  законодательная деятельность по ограничению оборота допинга в стране; финансовая поддержка, оказываемая государством спортивным организациям в проведении антидопинговых мер, в том числе допинг-контроля. А также было установлено, что страны-участницы могут принимать свои антидопинговые правила и организовывать антидопинговый контроль при условии, что он согласуется с соответствующими принципами Конвенции. Особое внимание в данном акте уделено вопросам сотрудничества на внутригосударственном уровне - между спортивными организациями и государством в разработке мер по противодействию допингу, а также необходимости сотрудничества на международном уровне - между спортивными организациями и международными организациями, вырабатывающими антидопинговые правила и стандарты, международными и национальными лабораториями. Конвенция от 1989 г. была ратифицирована постановлением Совета Министров СССР от 28 декабря 1990 года N 1351 и вступила в силу для СССР 1 апреля 1991 г и до сих пор продолжает действовать: русскоязычная версия Конвенции находится на сайте РУСАДА в списке основополагающих актов, регулирующих антидопинговые отношения.

Следующим актом, содержащим нормы международного права по противодействию допингу, являетсяМеждународная Конвенция  о борьбе с допингом в спорте 2005 г.(далее –Конвенция от 2005 г.), которая была принята Генеральной конференцией ЮНЕСКО на 33-й сессии в Париже 19 октября 2005 г. —Международная конвенция ЮНЕСКО о борьбе с допингом в спорте от 19.12.2005 // Бюллетень международных договоров. №9. 2007.. Федеральным законом от 27 декабря 2006 г. N 240-ФЗ "О ратификации Международной конвенции о борьбе с допингом в спорте" Конвенция от 2005 г. инкорпорирована в систему российского законодательства —Федеральный закон от 27 декабря 2006 г. N 240-ФЗ "О ратификации Международной конвенции о борьбе с допингом в спорте" // Российская газета. 31.12.2006. № 297. В пояснительной записке к данному закону сказано,  чтодо принятия указанной Конвенции единственным международно-правовым документом в области борьбы с допингом в спорте была Конвенция от 1989 г., но, ввиду её регионального характера, она не имеет всеобщего охвата —Там же.. В связи с этим принятие данного акта имеет особое значение, потому что он впервые распространил запрет употребления допинга не на один континент, а на спортсменов и тренеров всех стран мира и подчинил их единым правилам и стандартам. Так, данная Конвенция от 2005 г. имеет статус документа публичного международного права и становится обязательной для стран её подписавших. Она состоит из 42 статей, 2х приложений и 3х дополнений к ней. Говоря о связи Конвенции от 2005 г. и Кодекса ВАДА, стоит отметить, что в ст. 4 Конвенции очерчены границы их взаимодействия: государства-участники обязуются придерживаться принципов Кодекса в качестве основы для принятия мер противодействия допингу. Однако также упоминается, что Кодекс ВАДА(Добавление 1) не является частью Конвенции  и имеет рекомендательный статус, то есть его положения сами по себе не устанавливают для государств-участников каких-либо международно-правовых обязательств. Та же ситуация и с Добавлениями 2 и 3, где говорится о международных стандартах для лабораторий и для тестирований. Приложения 1 и 2: 1)Запрещенный список  и 2) Стандарты выдачи разрешений на терапевтическое использование, - имеют общеобязательный характер для стран-участниц и являются частью Конвенции от 2005 г.. Содержательно данный акт более богат по сравнению с Конвенцией от 1989 г.: значительно  расширен перечень того, что считается допинговым нарушением; учреждён высший орган – Конференция сторон; а также определена его компетенция; однако вопросы ответственности за допинговые нарушения не нашли своего отражения в данном документе. Что касается статуса Всемирного антидопингового агентства, то в общих чертах в Конвенции от 2005 г. подчеркивается его роль и важное значение, в частности государства-участники обязуются сотрудничать с ВАДА(ст. 3), поддерживать ВАДА в выполнении его важной миссии в области международной борьбы с допингом(ст. 14), обеспечивать его финансирование(ст. 15), обмениваться результатами антидопинговых исследований(ст. 26) и пр.. ВАДА также присутствует на Конференции сторон в качестве консультативного органа(ст. 29) и информирует Генерального директора ЮНЕСКО о внесенных изменениях  в Запрещенный список или в Стандарты выдачи разрешений на терапевтическое использование(ст. 34). Однако, несмотря на данные упоминания ВАДА в вышеназванной Конвенции, статус данной организации в ней все же четко не определен.

Нельзя не упомянуть еще один из важнейших источников спортивного законодательства, который имеет статус особого рода, отличный от вышеназванных Конвенций -Олимпийская хартия Международного олимпийского комитета(далее– МОК) —Олимпийская хартия Международного олимпийского комитета [Электронный ресурс].URL:http://roc.ru/upload/documents/team/charter/olimpiyskaia-hartiia-15-sentiabria-2017.pdf (Дата обращения: 02.04.2018). Данный акт был принят в 1894 г.Международным спортивным конгрессом  в Париже и в последующие годы изменялся и совершенствовался. Хартия содержитосновные принципы, правила и положения Олимпийских игр(далее – ОИ) и вместе с тем является учредительным документом МОК.  Также, стоит подчеркнуть основополагающую роль Олимпийской Хартии в качестве источника международного спортивного права и постепенную трансформацию данного акта из чисто уставного документа неправительственной организации в «ядро»  зарождающейся отрасли —Сохин Ю. Г. Олимпийская хартия как правовая основа функционирования МОК // Вестник РУДН. 2003. №2. С. 90-94.. Исследователи подчеркивают важность и значимость указанного международно-правового документа ввиду того, что он устанавливает субъектов спортивной деятельности на международном уровне и определяет исключительную компетенцию МОК —Погосян Е.В.  Формы разрешения спортивных споров: научное исследование.М.: Волтерс Клувер, 2011.С. 17.: ст. 58 «МОК является последней инстанцией по любому вопросу, касающемуся Олимпийских игр», Ст. 44 «Все заявки на участие рассматриваются МОК, который, по своему усмотрению, может в любой момент отклонить заявку без указания причины отказа» и др. Также стоит отметить тот факт, что именно МОК  в соответствии со ст. 18 обладает исключительным правом принимать или вносить поправки в Олимпийскую хартию, то есть по своей сути регулирует сам себя, устанавливая себе своими решениями круг полномочий и очерчивает границы своей деятельности и пределы вмешательства в деятельность Международных Федераций(далее – МФ) и Национальных Олимпийских Комитетов(далее – НОК) самостоятельно в рамках олимпийского движения.  Применительно к нашему исследованию вопросам противодействия допингу в Хартии уделено также немалое внимание.

Так  ст. 2 Олимпийской Хартии посвящена роли МОК, где упоминается, что данная неправительственная организация создана, в том числе в целях защиты прав спортсменов, не использующих допинг, также для охраны  принципов «fairplay» путем борьбы с применением допинга и принятия мер, направленных против любых форм мошенничества на соревнованиях и коррупции во всех ее формах. В Главе 4 говорится о роли  НОК в олимпийском движении, а именно: в ст. 27 п. 2.6. также упомянута обязанность НОК «принять и применять на практике Всемирный антидопинговый кодекс». ЧастьII Олимпийской хартии закрепляет положения об участии в ОИ, практически во всех статьях которой упоминается обязанность всех лиц, участвующих в ОИ(начиная со спортсменов и заканчивая иным персоналом команды) уважать и соблюдать Олимпийскую хартию и Кодекс ВАДА, включая условия участия, установленные МОК, а также правила соответствующей МФ, утвержденные МОК. Соблюдение Кодекса ВАДА является обязательным условием для допуска соответствующего вида спорта на ОИ и для включение его в программу(ст. 45 Олимпийской Хартии). К нарушителям Олимпийской Хартии и Кодекса ВАДА МОК в соответствии со ст. 59 применяет санкции и меры, обозначенные в названной статье вплоть до временного или постоянного лишения права участия в ОИ.  15 сентября 2017 г. на 131-й сессии в Лиме Олимпийская Хартия была дополнена ст. 43 , которая  в очередной раз подчеркивает особую роль Кодекса ВАДА и то, что соблюдение данного акта является обязательным для всего Олимпийского движения.

Важность и значимость данного документа в контексте рассмотрения вопросов ответственности за нарушение антидопинговых правил, обусловлена и тем, что Олимпийская хартия создала единое право для олимпийского движения и установила исключительное правомочие МОК принимать самостоятельно в отношении спортсменов решения о недопуске/неприглашении на ОИ даже при отсутствии решения о привлечении спортсмена или тренера к спортивной ответственности за допинг.Хорошей иллюстрацией этому является Зимние ОИ в Пхенчхане 2018 г., где Олимпийский Комитет России был отстранен от участия  в связи с Докладом Р. Макларена и спортсмены самостоятельно подавали заявки на участие в играх —МОК без объяснения причин отстранил ведущих российских спортсменов от Зимних Игр в Пхенчхане // Сайт Первый канал. [Электронный ресурс].URL:https://www.1tv.ru/news/2018-01-28/340154-mok_bez_ob_yasneniya_prichin_otstranil_veduschih_rossiyskih_sportsmenov_ot_zimnih_igr_v_phenchhane (Дата обращения 10.04.2018). Изначально МОК пожизненно отстранил российских спортсменов от участия в ОИ после выводов комиссии под руководством Д. Освальда, которые занимались проверкой проб ОИ в Сочи 2014 —Там же..CAS удовлетворил апелляции 28 российских спортсменов,суд посчитал, что доказательств, собранных МОК в отношении этих спортсменов, недостаточно для того, чтобы однозначно утверждать, что они нарушили антидопинговые правила —МОК: решение CAS не означает автоматический допуск 28 россиян на Игры в Пхёнчхане // Сайт ТАСС. [Электронный ресурс].URL:http://tass.ru/sport/4921443 (Дата обращения 20.04.2018). Ввиду этого по решению суда их медали были восстановлены, и они стали считаться «чистыми» спортсменами —Там же.. В МОК были поданы повторно заявки на участие в играх 13 атлетами, из числа тех, кого оправдал суд, однако МОК не изменил своего решения и не выслал приглашение данным лицам ввиду того, что сомнения в их чистоте  и невиновности у данной организации оставались по-прежнему —Там же.. Подобный пример наглядно демонстрирует тот факт, что применительно к олимпийскому движению существует особая форма ответственности для спортсменов, тренеров и прочего персонала команды, связанная с допингом, которая выражается в недопуске к соревнованиям по решению МОК даже в отсутствие факта привлечения к спортивной ответственности в соответствии с Кодексом ВАДА.

 Ранее уже упоминался один из определяющих в антидопинговой сфере актов –Кодекс ВАДА. Это документ  неправительственного международного уровня был принят в Копенгагене 3 марта 2003 года на Всемирной конференции по борьбе с допингом в спорте, изменен в 2009 г., а ныне действует редакция Кодекса ВАДА от 2015 г.. В нем провозглашается, что Кодекс является основополагающим и универсальным документом, на котором основывается Всемирная антидопинговая программа в спорте. Во второй уровень данной программы входят международные стандарты, предназначенные для унификации процедурной составляющей антидопинговой деятельности в разных государствах. Соблюдение данных стандартов антидопинговыми организациями является обязательным. К третьему уровню относятся Модели лучших практик и руководства, которые имеют рекомендательный характер для подписавших сторон. Данный Кодекс был принят в рамках неправительственной организации и подписан основными ключевыми игроками спортивного сообщества: МОК, МФ, НОК, Международным паралимпийским комитетом, ВАДА, национальными антидопинговыми организациями и организаторами крупнейших соревнований.

С одной стороны, ввиду статуса организации, издавшей данный Кодекс, он не налагает  юридической обязанности для правительств подписывать данный акт. Однако, в ст. 22 Кодекса ВАДА содержатся положения о том, что ожидается поддержка данного рекомендательного документа и придание ему силы путем подписания и ратификации правительствами следующих международных документов: Конвенции от 2005 г., в которой, несмотря на то, что провозглашается, что Кодекс ВАДА не является частью Конвенции, обязательность его положений для подписавших сторон прослеживается в установлении Конвенцией обязанности соблюдать и придерживаться принципов Кодекса ВАДА;Копенгагенской декларации по борьбе с допингом в спорте от 3 марта 2003 года. Так, придание таким своеобразным «косвенным» путем юридической силы Всемирному антидопинговому Кодексу не позволяет отнести его к источнику международно-правовых норм в традиционном понимании. Как отмечалось выше, важная роль Кодекса ВАДА прослеживается также и в Олимпийской хартии, где установлена обязанность соблюдать данную Хартию и Кодекс, а также санкции в случае несоблюдения подобной обязанности.Исследователи спортивного права все больше склоняются к тому, что данный документ представляет собойфеномен так называемого «мягкого права», который принят для выработки подходов в сфере противодействия допингу в спорте и имеет скорее рекомендательный характер —Захарова Л. И. Всемирное антидопинговое агентство как субъект международного спортивного права  // Материалы четвертой международной научно-практической конференции «Спортивное право: перспективы развития»: МГЮА. 2010. С. 36–41.. Однако, существует два подхода к пониманию «мягкого права», первый, как раз отражен в вышеназванной позиции – акт является «мягким правом» тогда, когда нормы, содержатся в резолюциях международных органов и организаций, не обладающих юридически обязательной силой —См.Лукашук, И. И. Международное «мягкое» право // Государство и право. 1994. № 8-9. С. 159—167., О.А. Шевченко Правовая доктрина регулирования труда  в сфере профессионального спорта и пути ее реализации в России М.: Проспект, 2015.. Второй подход относит к нормам «soft law» лишь те, которые не обладают свойством формальной определенности, не содержат четких прав и обязанностей для государств, а имеют формулировки типа "принимать необходимые меры", "содействовать развитию или осуществлению", "стремиться к осуществлению" —Международное публичное право: учебник / Отв. ред. К. А. Бякишева. М.: Проспект, 2003..

Презюмируя, что большинство стран, подписавших Конвенцию от 2005 г., тем самым придают Кодексу ВАДА обязательную силу, представляется возможным дифференцировать его нормы на две категории: нормы «мягкого права», дающие простор и гибкость регулирования; а также нормы «твердого» права, содержание которых остается постоянным и не подлежит изменению антидопинговыми организациями(НОК, МФ и др.). Данное деление обусловлено положениями, отраженными во введении к Кодексу ВАДА: каждая антидопинговая организация обязана принимать свои антидопинговые правила, в которых она должна фиксировать нормы обязательного характера, содержащиеся в ст. 23.2.2. без существенных изменений, то есть без изменения сути их действия и придавать обязательную силу примечаниям Кодекса ВАДА(«твердое» право); а также имеется факультативность в отношении остальных законоположений(«мягкое» право). Такое условное деление норм Кодекса ВАДА позволяет в научном сообществе отмечать данный акт, как рамочный документ —Деятельность медицинского персонала и спортсмена в рамках противодействия применению допинга в спорте и борьбе с ним. Учебно-методическое пособие. / Отв. ред. В.В, Уйба.  М.: РАСМИРБИ, 2015. С. 17.. Однако данную характеристику, как представляется, можно применить к Кодексу ВАДА лишь с оговорками и в лишь в отношении положений, которые могут быть изменены в целях адаптации к национальному законодательству, остальные же – не являются рамочными, а обязательны для строгого единообразного соблюдения всеми антидопинговыми организациями.

Стоит отметить рольМеждународных стандартов в регулировании, направленном на противодействие использованию допинга в спорте, таковых 5: запрещенный список(обновляется не реже 1 раза в год), стандарт по терапевтическому использованию, стандарт для тестирований, стандарт для лабораторий, стандарт по защите частной жизни и персональной информации —Международные стандарты // Сайт РУСАДА. [Электронный ресурс].URL: http://rusada.ru/documents/international-standards/  (Дата обращения 03.04.2018.).

. Как ранее отмечалось, первые 2 стандарта являются приложениями к Конвенции от 2005 г. и ее неотъемлемой частью, следовательно, обязательны для стран-участниц Конвенции. Последние 3 стандарта разработаны неправительственной организацией ВАДА и имеют аналогичную природу, как и у Кодекса ВАДА. Касательно данных стандартов в Кодексе отмечается, что «строгое соблюдение Международных стандартов обязательно для определения соответствия Кодексу проводимой в стране работы». Следовательно, данные стандарты также «косвенно» приобретают юридическую силу для государства посредством принятия участия им в Конвенции от 2005 г..

Международные федерации по различным видам спорта также наделены правом устанавливать антидопинговые правила и принимать свои антидопинговые кодексы. Однако они, как и иные антидопинговые организации, не вправе изменять положения, указанные в качестве обязательных Кодексом ВАДА. Несмотря на это, в Кодексе предусмотрены особые положения, дающие возможность МФ устанавливать свои правила и свои сроки для рассмотрения апелляций(Примечание к ст. 13.3 Кодекса ВАДА). Так МФ по легкой атлетике в своих Правилах соревнований на 2016-2017 г.(далее – Правила) посвятили целую главу вопросам антидопингового регулирования и воспользовались данным вышеназванным правомочием, установив в Правиле 42 ст. 15 45-дневный срок подачи заявления в CAS подателем апелляции со дня вынесения решения —Правила соревнований по легкой атлетике 2016-2017 гг. // Сайт Легкая атлетика России [Электронный ресурс]URL: http://www.rusathletics.com/img/files/docs/iaaf/iaaf_pravila_20162017.pdf (Дата обращения 02.03.2018). Данные антидопинговые Правила МФ по легкой атлетике распространяются и обязательны применению самой МФ по данному виду спорта, национальными федерациями (далее – НФ), континентальными ассоциациями, спортсменами, тренерами и иным персоналом в соответствии с Правилом 30. Таким образом, данный пример иллюстрирует еще один уровень наднационального регулирования отношений по борьбе с допингом, которое осуществляется МФ и которому должны следовать НФ: имплементировать в свои антидопинговые регламенты их положения путем непосредственного включения, либо путем ссылки на данные Правила.

Таким образом, проанализировав основные акты международного права, которые применяются к российским атлетам и тренерам, можно сделать вывод о том, что формулировка «антидопинговые правила, утвержденные международными антидопинговыми организациями» имеет собирательный характер и не исчерпывается Кодексом ВАДА, к данным документам также относятся: Конвенция от 1989 г., Конвенция от 2005 г, Олимпийская Хартия, Международные стандарты, Правила МФ по соответствующим видам спорта.

Что касается национального уровня регулирования допинговой проблемы, стоит подчеркнуть, что в настоящее время приняты и действуют Общероссийскиеантидопинговые правила (далее – ОАП), утвержденные Приказом Министерства спорта РФ от 9 августа 2016 г. № 947 —Приказ Минспорта России от 09.08.2016 № 947(с изм. и доп., вступ. в силу с 17.10.2016) "Об утверждении Общероссийских антидопинговых правил» //Сборник официальных документов и материалов Министерства спорта РФ. № 8. 2016., однако формулировка «общероссийские антидопинговые правила» в ст. 26 ФЗ «О физической культуре» и в ст. 348.11 Трудового кодекса РФ(далее – ТК РФ), как представляется, должна быть истолкована шире —Трудовой кодекс Российской Федерации от 30.12.2001 № 197-ФЗ (с изми доп., вступв силу с 16.02.2018) //Российская газета. № 256. 31.12.2001..

В первую очередь стоит начать с Федерального закона «О физической культуре», в ст. 26 которого дается определение допинга, допинг-контроля, раскрываются конкретные обстоятельства, считающиеся допинговыми нарушениями. Представляется, что ввиду того, что данный закон также устанавливает обязательные для исполнения правила для спортсменов и тренеров, его необходимо включать в понятие «общероссийских антидопинговых правил» в широком смысле. Также вышеназванной статье установлена обязанность Министерства спорта РФ  по утверждению наряду с ОАП также перечней субстанций и (или) методов, запрещенных для использования в спорте; а также порядка проведения допинг-контроля. Так, Приказ Минспорта России от 06.12.2017 N 1052 "Об утверждении перечней субстанций и (или) методов, запрещенных для использования в спорте» (далее – Приказ Минспорта «О запрещенном списке») —Приказ Минспорта России от 06.12.2017 № 1052 "Об утверждении перечней субстанций и (или) методов, запрещенных для использования в спорте" //http://www.pravo.gov.ru, 12.01.2018., а также Приказ Минспорттуризма РФ от 13.05.2009 N 293 (в ред. от 14.06.2011) "Об утверждении Порядка проведения допинг-контроля" —Приказ Минспорттуризма РФ от 13.05.2009 № 293 (с изм. и доп., вступ. в силу с14.06.2011) "Об утверждении Порядка проведения допинг-контроля" //Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти". № 40. 05.10.2009. в широком смысле также входят в понятие «общероссийских антидопинговых правил», так как они применяются в неразрывном единстве с ОАП и являются их дополнением.

Следует более подробно остановиться на ключевом акте, направленном на противодействие допингу – ОАП. Необходимо отметить тот факт, что содержательно они практически дублируют Кодекс ВАДА за некоторыми изъятиями, касающимися процедурных положений о необходимости принятия мер антидопинговыми организациями и т.д.. В ОАП также как и в Кодексе подчеркивается, что данный документ является источником специфических спортивных правил, отличающихся от гражданского и уголовного производства, и что данный факт необходимо принимать во внимание юрисдикционным органам, выносящим решение при руководстве ими.

Также в ОАП реализованы дискреционные полномочия национальной антидопинговой организации РУСАДА по определению понятия «спортсмен национального уровня», предоставленные Кодексом ВАДА. Так, в соответствии с п. 1.3.3.2 ОАП таковыми считаются спортсмены, принимающие участие в чемпионатах России и первенствах России, а также в любых иных национальных спортивных соревнованиях, организованных общероссийской спортивной федерацией, если только они в соответствии с критериями, установленными соответствующей международной федерации, не относятся к спортсменам международного уровня. В п. 1.3.3 ОАП очерчена сфера действия данных правил: они распространяются на всех спортсменов-граждан или резидентов РФ; также на неграждан и нерезидентов, находящихся на территории РФ; на спортсменов, принимающих участие в спортивных соревнованиях, организованных физкультурно-спортивной организацией, зарегистрированной на территории Российской Федерации; и на весь персонал вышеназванных спортсменов.

Может возникнуть закономерный вопрос, касающийся того, действие какого акта приоритетнее: Кодекс ВАДА либо ОАП. Однако, как представляется, он разрешается в пользу первого документа ввиду следующих обстоятельств. Во-первых, как уже было отмечено, Кодекс ВАДА «косвенным» путем приобретает обязательную силу для государств-участниц Конвенции 2005 г. Российская Федерация ратифицировала данную Конвенцию и в соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ она является неотъемлемой частью правовой системы РФ и в случае противоречия с национальным актом, применяются правила Конвенции от 2005 г.. Во-вторых, приоритетность и юридическая сила Кодекса ВАДА провозглашается в п. 20.5 самих ОАП, где закреплено, что «Кодекс и Международные стандарты являются неотъемлемыми частями Правил, и в случае противоречия подлежат применению положения Кодекса и Международных стандартов», а также п. 20.6. «Правила были разработаны в соответствии с применимыми положениями Кодекса и должны интерпретироваться в соответствии с его положениями. Положения Кодекса, не вошедшие в Правила, подлежат применению на основании Конвенции». Таким образом, Кодекс ВАДА, как представляется, имеет прямое действие на территории РФ и обладает большей юридической силой, нежели ОАП. Положения ОАП лишь дублируют его и в незначительных частях  и допустимых пределах скорректированы для адаптации к национальной правовой системе РФ, к примеру, в части касающейся обязанностей национальных спортивных федераций.

Таким образом, вся вышеназванная нормативная база международного и национального уровня будет составлять основу нашего исследования по вопросам спортивной ответственности за допинг российских спортсменов и тренеров, общая характеристика, которой позволяет отнести её к особому массиву норм и установлений, существующих достаточно автономно от традиционного национального и международного регулирования и  созданных в большинстве своем вне рамок публичной власти и приобретающих силу благодаря признанию и приданию им юридической силы государством своими властными актами. Ученые также называют данный комплекс норм спортивного права «lex sportiva», как особый обособленный нормативный порядок, созданный спортивным сообществом, и позволяющий в силу специфики спорта устанавливать для своих субъектов правила, которые выводят определенные действия из области традиционного гражданского, уголовного права в сферу спортивного регулирования —Спортивное право России: учебник для магистров / Блажеев В. В., Байрамов В. М. [и др.]; отв. ред. Д. И. Рогачев.М.: Проспект, 2016. С. 26..

1.2. Понятие спортивной ответственности и основания привлечения к ней спортсменов и тренеров

В предыдущем параграфе были проанализированы нормативные акты, в которых значительный массив законоположений посвящен вопросам допинговых нарушений, наказаний за данные проступки и порядку привлечения к ответственности спортсменов и тренеров. Так, прежде чем рассматривать конкретные составы допинговых нарушений, справедливо начать с того, является ли механизм установления спортивной ответственности за допинг разновидностью юридической ответственности. Чтобы ответить на данный вопрос, необходимо обратиться к дискурсу о наличии специфической разновидности юридической спортивной ответственности, который существует в научном сообществе среди исследователей спортивного права.

Ряд исследователей во главе со специалисто