Практические аспекты реабилитации в уголовном праве РФ



Содержание

Введение

Актуальность темы заключается в том, что риск следственной и судебной ошибки существовал всегда, а поэтому вопрос о возмещении имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановлении иных прав граждан незаконно подвергнутым уголовному преследованию остается актуальным. Долгое время в отечественной юриспруденции господствовало мнение, что государство не должно нести ответственность за деятельность государственных органов и должностных лиц, в том числе и в сфере уголовного судопроизводства.

Сейчас Конституцией Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина, соответствующие общепризнанным принципам и нормам международного права. В сфере уголовного судопроизводства это имеет особое значение, поскольку расследование и рассмотрение уголовных дел сопряжено с ограничением свободы и неприкосновенности личности, вторжением в частную жизнь граждан, применением мер процессуального принуждения. Публичный характер уголовно-процессуальной деятельности и причиняемого в ее сфере вреда предполагает и публичную ответственность государства перед своими гражданами. Российское государство приняло на себя такую ответственность, провозгласив право граждан на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти и их должностных лиц. реабилитация судопроизводство помилование амнистия

Общество заинтересовано не только в том, чтобы каждый преступник был привлечен к уголовной ответственности, осужден и подвергнут справедливому наказанию, но и в том, чтобы ни один невиновный не стал жертвой незаконного уголовного преследования, обвинения его в совершении преступления или осуждения, поэтому реабилитация каждого, кто был необоснованно подвергнут уголовному преследованию, восстановление его чести, имущественного положения и других нарушенных прав является одним из назначений уголовного судопроизводства, не менее значимым, чем привлечение к уголовной ответственности и назначение справедливого наказания виновному. В УПК РФ впервые развернуто изложен институт реабилитации жертв незаконного или необоснованного привлечения к уголовной ответственности.

Основная цель курсовой работы состоит в изучении понятия и значения реабилитации в уголовном судопроизводстве, а так же в исследовании норм института реабилитации лиц, признанных незаконно или необоснованно подвергнутыми уголовному преследованию или осуждению, а также правоприменительной практики.

Основными задачи курсовой работы являются:

а. Рассмотреть основные положения уголовно-процессуального института реабилитации;

б. Определить исторические этапы развития института реабилитации в российском уголовном судопроизводстве;

в. Изучить действующее законодательство, регулирующее вопросы реабилитации и связанные с ней вопросы возмещения вреда, причиненного незаконным или необоснованным уголовным преследованием или осуждением, а также практику его применения;

г. Рассмотреть вопросы, касающиеся состава субъектов права на реабилитацию и субъектов права на возмещение вреда, причиненного незаконным или необоснованным уголовным преследованием или осуждением.

Объект и предмет исследования.

Объектом исследования являются правоотношения, возникающие между государством в лице органов и должностных лиц, осуществляющих производство по уголовному делу и гражданином, признанным невиновным в совершении преступления, в связи с реализацией им права на реабилитацию, в том числе и входящего в его структуру права на возмещение имущественного вреда и устранение последствий морального вреда.

Предметом исследования являются: история развития института реабилитации в уголовном судопроизводстве России, основные положения института реабилитации, а также правовое регулирование механизма реализации реабилитируемыми права на возмещение государством вреда, причиненного незаконным или необоснованным уголовным преследованием или осуждением

1.Общая характеристика института реабилитации

1.1 Понятие реабилитации в уголовном судопроизводстве

Конституция РФ в ст. 2 закрепляет положение о том, что «человек, его права и свободы являются высшей ценностью российского государства». Данное положение стало основополагающим во всей правовой системе России. Также нормами ст. 53 Конституции РФ закреплено положение о том, что «каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействиями) органов государственной власти или их должностных лиц», а нормой ст. 52 закрепляет право потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба. Данные конституционные положения закреплены в главе 18 Уголовно-процессуального кодекса (далее - УПК РФ), образуя правовой институт реабилитации, являющимся важной гарантией защиты прав человека и гражданина от злоупотреблений властью государственными органами и незаконному привлечению к уголовной ответственности.

К сожалению, в своей профессиональной деятельности органы предварительного расследования, прокуратура и суды, не застрахованы от ошибок, вследствие чего обычные граждане могут оказаться настоящими жертвами незаконного или необоснованного обвинения в совершении преступления, и могут привлекаться к уголовной ответственности незаконно. В данной ситуации государства обязано устранять все вредные последствия, которые вызваны незаконным обвинением лица и восстановление его прав всеми возможными способами.

Правовую основу в реабилитации лиц в уголовном процессе составляет небольшой перечень нормативно правовых актов. Международные документы представлены следующими: Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 (ч. 5 ст. 9 ч. 6 ст. 14), Римский статут Международного Уголовного суда 1998 (ст. 85) .

Определенное количество источников утверждают, что понятие реабилитация в уголовном процессе не слишком всесторонне раскрывает сущность своего содержания. В определении не прослеживается процесс восстановления гражданина в правах, соответственно, другими словами какие именно должны последовать действия в реабилитации. Вследствие этого в термин "реабилитация" есть возможность закрепить официальный порядок восстановления гражданина в его правах, которые были нарушены.

В пункте 34 статьи 5 УПК РФ законодатель закрепляет термин «реабилитация» и определяет ее как «порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда». К данным видам такого возмещения такого вреда относятся: имущественный вред, моральный вред и восстановление всех иных прав реабилитированного.

1.2. Проблемные вопросы института реабилитации в уголовном праве

Достаточно долгое время многие правоведы, исследовавшие проблемные вопросами института реабилитации в современном уголовном процессе России, обнаружили достаточное, на наш взгляд, количество препятствий, мешающих полноценному функционированию института реабилитации в нашей стране.

Например, значительные противоречия между нормами права института реабилитации можно выявить в Конституции РФ, УПК РФ и Гражданском кодексе РФ (далее - ГК РФ), в которых право лица на возмещение вреда закреплено по-разному. По мнению правоведа О.В. Макарова, указанные противоречия состоят в том, что в Конституции РФ закреплено в ст. 53, что каждый имеет право на возмещение вреда.Вместе с тем в ч. 2 ст. 135УПК РФ устанавливает, что только реабилитированное лицо имеет право обратиться с требованием о возмещении вреда, а в статьях 1069, 1070 ГК РФ закреплено, что такой вред подлежит возмещению за счет средств государства и муниципальных образований.

По моему мнению, эта несогласованность не позволяет в полной мере обеспечивать права реабилитируемого лица на возмещение вреда, в связи с чем, нужно законодательно закрепить норму в УПК РФ, которая бы обязывала государство возмещать вред, полученный реабилитируемым, путем закрепления правовой нормы, которая определяла бы вместе с вынесением решения об отказе от уголовного преследования лица и решение о возмещении причиненного вреда.

Еще одной проблемой является противоречие и неясность, связанные с правовым статусом реабилитируемого лица, которые содержатся в ч. 1 ст. 133 УПК РФ: «право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда». Вполне возможно, в этой ситуации речь идет о том лице, в отношении которого органами предварительного следствия или судом принято процессуальное решение о его невиновности и непричастности, в этом случаи, данное лицо вправе требовать возмещение вреда. —Григорьев В.Н. Победкин А.В. Яшин В.Н. Уголовный процесс: Учебник/ Отв. ред. В. Н. Григорьев. – М.: Эксмо, 2015. – 832 с.

Также не достаточно понятными являются и нормы об основаниях и субъектах института реабилитации. Определяя в ч. 2 ст. 133 УПК РФ субъекты и основания признания права на реабилитацию, закон не совсем придерживается сущности содержания понятия реабилитации. Сущность восстановления прав реабилитируемого лица базируется на юридической категории невиновности этого лица, которые указывают на то, что лицо не совершало преступление и непричастно к его совершению, которое вменяется ему органами уголовного расследования.

Невинность, в этом случае, свидетельствует о несправедливом уголовном преследование лица, избранные в отношении него меры уголовно-процессуального принуждения и уголовного наказания являются незаконными в результате ошибок следствия и суда, посчитавших это лицо виновным в совершении преступления, и в результате данное лицо понесло определенные лишения, ограничения его личных и имущественных прав, утраты свобод, эмоциональный стресс, человек несправедливо пострадал.

Особой проблемой на практике является вопрос о компенсации имущественного вреда при реабилитации в случаях оправдательного приговора или прекращения производства по уголовному делу против подозреваемого, обвиняемого, не по всем, а только по отдельным обвинениям (подозрениям), когда остальные обвинения (подозрения) признаются по-прежнему законными и обоснованными. Часть проблемы решается в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 г. № 17, посвященном институту реабилитации. Отмечается, что право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным ч. 2 ст. 133 УПК РФ, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям лишь по части предъявленного ему самостоятельного обвинения. —Задерако В.Г., Семенцова И.А. Уголовно - процессуальное право/ под ред. В. Г. Задерако. – М.: Феникс, 2016. – 218 с.

К другим спорным вопросам правового регулирования института реабилитации следует отнести порядок возмещения и морального вреда в денежном выражении. Целесообразно законодательно установить денежные размеры компенсации морального вреда за применение конкретных видов мер процессуального принуждения и уголовных наказаний, принимая во внимание их характер (длительность применения, размер и т.п.).

Для случаев реабилитации альтернативной гражданско-правовому институту компенсации морального вреда, имеющему в своей основе пространные и размытые критерии, может стать подзаконный акт, устанавливающий конкретную технологию расчёта.

Таким образом, наиболее оптимальным для реабилитированного явилось бы исчерпывающее разрешение всех проблемных вопросов реабилитации в рамках уголовного судопроизводства. Совмещение требования о возмещении всех видов вреда в одном документе, вместо требования о возмещении имущественного вреда, рассматриваемого в соответствии со ст. 399 УПК РФ и дополнительно гражданского иска о возмещении морального вреда, позволило бы ускорить и упростить процедуру реабилитации. —Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник /Отв. Ред. П.А. Лупинская. – М.: Юристъ, 2015. – 797с.

2. Практические аспекты реабилитации  в уголовном праве РФ

2.1. Основания возникновения права на реабилитацию .

Как мы установили ранее, в содержание реабилитации должны включаться два признака: 1) признание невиновным гражданина, который незаконно или необоснованно был задержан, заключен под стражу, обвинен в совершении преступления, осужден; 2) возмещение вреда, восстановление его в нарушенных правах и честном имени. Таким образом, реабилитация начинается с момента признания лица невиновным и заканчивается производством выплат, возвратом в то состояние, в котором гражданин пребывал до вовлечения его в сферу уголовного процесса. При этом второй признак неразрывно связан с первым и не может быть без него реализован.

Для того чтобы у лица появилось право на признание его невиновности (другими словами - право на реабилитацию) в официальном документе, необходимо правовое основание. Анализ литературы по вопросам реабилитации позволяет сделать вывод о том, что никто из известных нам авторов не исследовал эту проблему в таком аспекте, в существующих исследованиях рассматриваются основания для возмещения вреда в порядке реабилитации, но не основания возникновения права на признание лица невиновным, а ведь именно с этого начинается реабилитация.

В словаре русского языка под основанием понимается «то, что составляет ядро чего-либо, является исходным материалом для образования, создания чего-либо» —Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РФ: По стостоянию на 20 агуста 2017 г. /Колек. Авт.; Под ред. Ф.М. Лебедева, Научн. ред., вступ. ст. В.П. Божаева.-  М.: Спарк, 2017. – 1007с.. По нашему мнению, правовыми основаниями возникновения права на реабилитацию выступают:

• отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в пп. 1, 3-5, 9 и 10 ч. 1 ст. 448 УПК, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации,

Государственной Думы, Конституционного Суда РФ, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в пп.1 и 3-5 ч. 1 ст. 448 (п. 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ);

• непричастность лица к совершению преступления (п. 1 ч. 1 ст. 27; п. 2 ч. 1 ст. 302 УПК РФ);

• наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого вступившего в законную силу приговора по тому же обвинению либо определения суда или постановления судьи о прекращении уголовного дела по тому же обвинению (п. 4 ч. 1 ст. 27 УПК РФ);

• наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела (п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ);

• отказ Государственной Думы Федерального собрания РФ в даче согласия на лишение неприкосновенности Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий, и (или) отказ Совета Федерации в лишении неприкосновенности данного лица (п. 8 ч. 1 ст. 27 УПК РФ);

• вынесение в отношении подсудимого коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта (п. 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ).

Согласно п. 2 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию имеет подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения. Порядок отказа обвинителя от обвинения регулируется ч. 7 ст. 246 УПК РФ, в которой сказано, что если прокурор придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения и излагает суду мотивы отказа. При этом дело подлежит прекращению полностью или частично по основаниям, предусмотренным пп. 1, 2 ч. 1 ст. 24 и пп. 1, 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. Анализ указанных оснований позволяет сделать вывод о том, что среди них указаны и не реабилитирующие основания.

В связи с изложенным необходимо исключить п. 2 ч. 2 ст. 133 УПК РФ, поскольку он противоречит принципам реабилитации, включив подсудимого в п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ. —Рыжаков А.П. Уголовный процесс: Учебник для вузов. – М.: Из-во НОРМА (Издательская группа НОРМА-ИНФРА-М), 2016, - 704с.

В соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством право на реабилитацию согласно п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ имеет также осужденный в случае полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пп. 1 и 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. Пункт 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ является отсылочным к пп. 1-6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, среди которых указаны в том числе такие основания, как истечение сроков давности уголовного преследования (п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ), смерть подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего (п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ). Считаем, что законодатель ошибочно указал эти основания, поскольку они являются не реабилитирующими, а потому должны быть исключены из п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ.

Установив наличие одного из реабилитирующих оснований, суд, прокурор, следователь, дознаватель обязаны вынести оправдывающее решение или так называемый акт реабилитации. Это означает, что эти участники уголовного судопроизводства, установив фактические обстоятельства дела, выбрав норму права и установив между ними соответствие, разрешают дело в форме правоприменительного акта.

Акт реабилитации - решение о невиновности лица в инкриминируемом ему преступлении, вынесенное судом, прокурором, следователем, дознавателем. К таковым следует отнести постановление (определение) о прекращении уголовного дела, уголовного преследования, оправдательный приговор.

В результате интервьюирования работников правоохранительных органов на вопрос «Согласны ли Вы с мнением о том, что в некоторых случаях приходится «натягивать» основание прекращения уголовного дела, уголовного преследования до нереабилитирующего с тем, чтобы избежать нареканий со стороны руководства?» 51,7 % респондентов ответили утвердительно (прил. 1). Такая ситуация свидетельствует о том, что правоохранительными органами нарушается принцип назначения уголовного судопроизводства в той части, в которой ни один невиновный не должен быть привлечен к уголовной ответственности. Между тем вынесение оправдывающего решения - это прямая обязанность государства, вытекающая из указания ст. 6 УПК РФ. Акт реабилитации является актом реализации своей обязанности должностным лицом, при этом оно обязывает других лиц к определенным действиям или предоставляет им право использовать свои права. —Агутин А.В. Уголовный процесс: Практикум: Общая и особенная части/ под ред. А.В. Агутин, В.Т. Томин. – М.: Юрайт, 2016. – 214с.

Как справедливо отмечает П.А. Лупинская, «как акт государственно-властной деятельности, процессуальное решение содержит определенное государственное веление, опирающееся на авторитет и силу... государства, обеспечиваемое рядом мер по претворению этого решения в жизнь»

Наиболее ярко государственное веление проявляется в приговоре суда. Вопрос о соотношении оправдательного приговора суда и постановления о прекращении уголовного дела, уголовного преследования по реабилитирующим основаниям неизбежно упирается в соотношение предварительного следствия и судебного разбирательства. По выражению М.С. Строговича, в стадии судебного разбирательства находится «центр тяжести всего уголовного процесса»1. Предварительное же следствие носит вспомогательный, служебный характер. Не отрицая его важного значения, роли в собирании и исследовании доказательств, отметим, что основное, то есть судебное следствие, проводится в стадии судебного разбирательства. Между тем хотя оправдательный приговор и обладает высшей юридической силой по сравнению с постановлением о прекращении уголовного дела, для реабилитации в уголовно-процессуальном смысле они должны быть равнозначными. Об этом прямо говорит ч. 1 ст. 49 Конституции РФ: «Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда».

Как справедливо отмечает М. К. Свиридов, следственно-прокурорские решения в законную силу не вступают, и поэтому согласно ст. 214 УПК РФ могут быть в любое время и в течение продолжительного времени отменены прокурором, признавшим их незаконными или необоснованными. В результате в последнем случае лицо ставится в положение «полуреабилитации», поскольку полная реабилитация ставится в зависимость от решения прокурора2. Результатом сложившейся ситуации стала постановка в неравное положение реабилитируемых по решению суда и реабилитируемых по решению органов предварительного расследования, поэтому необходимо, чтобы последние также имели законную силу с предоставлением сроков для их обжалования.

Такой же точки зрения придерживается А.Г. Эдилян, который считает, что «. истина устанавливается не только судом при вынесении оправдательного приговора, но и органами предварительного следствия и дознания при прекращении по реабилитирующим основаниям. Поэтому постановление о прекращении дела по реабилитирующим основаниям необходимо приравнять по своим процессуальным качествам к оправдательному приговору, потому что и по существу, и по назначению, и по последствиям оно фактически и юридически заменяет оправдательный приговор».

Таким образом, основание возникновения права на реабилитацию - это обстоятельства, свидетельствующие о невиновности лица, вовлеченного в уголовный процесс. Но одного основания недостаточно, и для того, чтобы то или иное явление эффективно функционировало, необходимы соответствующие условия. Условие - это «обстановка, в которой происходит, протекает что-либо». —Лупинская П.А. Уголовно-процессуальное право: учебник/ под ред. П. А. Лупинской. – М.: Юристъ, 2015 – 345 с.

В уголовном процессе имущественный, моральный и иной вред может причиняться не только подозреваемому или обвиняемому (подсудимому, оправданному, осужденному), но и любым другим участникам уголовного судопроизводства. Так, незаконными или необоснованными действиями может причиняться вред лицам, у которых производится обыск или выемка. Причиняется вред потерпевшему или свидетелю, помещенному в лечебный стационар для производства экспертизы. Даже незаконный или необоснованный вызов на допрос лица в качестве свидетеля, безусловно, причиняет этому лицу вред. В данной работе мы не указываем, в каком порядке: уголовно-процессуальном или ином должен возмещаться вред данным лицам в этих и подобных им случаях.

Но в любом случае бесспорно одно: вред им будет возмещаться не в порядке реабилитации. Институт реабилитации предназначен лишь для тех лиц, кто незаконно или необоснованно подвергался уголовному преследованию и / или осуждению.

Поэтому в уголовном процессе условием возникновения права на реабилитацию является незаконное или необоснованное уголовное преследование и / или осуждение.

А.Ф. Кони писал о том, что уголовное преследование - это «. слишком серьезная вещь, чтобы не вызывать самой тщательной обдуманности. Ни последующее оправдание судом, ни даже прекращение дела до предания суду очень часто не могут изгладить материального и нравственного вреда, причиняемого человеку поспешным и необдуманным привлечением его к уголовному делу». Согласно ст. 7 УПК РФ суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель не вправе применять федеральный закон, противоречащий УПК РФ, а определения суда, постановления судьи, прокурора, следователя, дознавателя должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Декларировав принцип законности, закон вместе с тем подробно регламентирует процедуру совершения тех или иных действий, принятия того или иного рода решений. Соблюдение принципа законности обеспечивает достижение истины по уголовному делу. —Григорьев В.Н. Победкин А.В. Яшин В.Н. Уголовный процесс: Учебник/ Отв. ред. В. Н. Григорьев. – М.: Эксмо, 2015. – 832 с.

Законность в уголовном процессе имеет огромное значение, содержанием этого принципа является и то, что доказательства, полученные с нарушением закона, признаются недопустимыми и не могут использоваться в процессе производства по уголовному делу (ч. 3 ст. 7 УПК РФ). «Незаконный - значит не основанный на законе, совершенный с нарушением норм закона. или с отступлением от их требований»1. Таким образом, незаконность действий в уголовном процессе определяется их противоречием правилам уголовного судопроизводства.

Между тем в уголовно-процессуальной деятельности нередко возникают ситуации, когда право на возмещение вреда возникает у гражданина в результате действий, не имеющих признаков незаконности. На самом деле «необоснованность» тесно связана с «незаконностью».

В этой связи если законность содержит в себе требование соответствия действий и решений правоохранительных органов нормам права, то обоснованность - требование соответствия принимаемого решения фактическим обстоятельствам дела, потому что каждое необоснованное решение незаконно по своей сути, но не всякое незаконное решение является необоснованным.

2.2 Анализ судебной практики

В рамках уголовного судопроизводства у подозреваемого или обвиняемого, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 УПК РФ, а также и у иных лиц, указанных в статье 133 УПК РФ, возникает право на реабилитацию. Право на реабилитацию предполагает возмещение имущественного вреда (заработная плата, которой подозреваемый/обвиняемый лишился в результате уголовного преследования, процессуальные издержки, денежные средства, затраченные на оказание юридической помощи и т.д.), а также морального вреда. Однако, в связи с тем, что реабилитационный процесс законодательно полностью не урегулирован, имеется ряд правовых проблем, в частности статус прокурора в реабилитационных процессах.

    Статьей 136 УПК РФ предусмотрено, что иски о компенсации морального вреда разрешаются в порядке гражданского судопроизводства, но при этом, требования о возмещении имущественного вреда разрешаются в порядке ст. 399 УПК РФ, согласно которой в судебном заседании вправе участвовать прокурор. При этом возникает вопрос: «В защиту кого выступает прокурор? Гражданина, права которого были нарушены государством в лице правоохранительных органов или государственных органов, к которым были предъявлены требования о компенсации вреда?».

  В судебном практике имеются случаи, когда прокурор в судебном заседании поддерживал позицию как реабилитированного, так и противоположенную позицию, выступал против возмещения имущественного вреда или о снижении размера.

   При этом, из-за того, что реабилитационный процесс до конца не урегулирован, у прокурора имеется средство противодействия возмещению имущественного вреда. Так, если постановление о прекращении уголовного дела будет отменено, то соответственно и право на реабилитацию не возникнет. Данную «схему» хорошо иллюстрирует недавний случай, который стал предметом для обращения М. Бондаренко в Конституционный суд Российской Федерации.

  12 августа 2009 года Октябрьский районный суд г. Краснодара вынес оправдательный приговор по делу М. Бондаренко. Краснодарский краевой суд этот приговор отменил и направил дело на новое рассмотрение, по результатам которого оно было возвращено прокурору и 9 октября 2012 года прекращено за отсутствием состава преступления. За М. Бондаренко было признано право на реабилитацию. Он обратился в суды с двумя заявлениями в рамках уголовного и одним заявлением в рамках гражданского судопроизводства о возмещении материального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием. Однако при рассмотрении заявлений в рамках уголовного судопроизводства прокурор представил в судах постановление от 13 августа 2015 года о возобновлении уголовного преследования в отношении заявителя, на основании чего в одном случае ему было отказано в удовлетворении требований. Во втором случае решение о выплате заявителю 1 млн 114 тысяч 912 рублей было отменено, рассмотрение дела приостановлено и, после того как 26 октября 2015 года уголовное преследование в отношении заявителя вновь было прекращено, его требования были удовлетворены частично, в его пользу взыскано 50 тысяч рублей. После удовлетворения кассационной жалобы заявителя эти решения были отменены, дело направлено на новое рассмотрение. При этом Краснодарский краевой суд отменил решения районного суда о взыскании в пользу заявителя 517 тысяч 766 рублей на оплату услуг адвоката. Суд посчитал, что требования реабилитированного о возмещении имущественного вреда не могут быть рассмотрены в порядке гражданского судопроизводства    Вероятно, исключение права прокурора на участие в реабилитационном процессе  снизит заинтересованность прокурора при возобновлении уголовного преследования, и соответственно позволит решить данную проблему. В любом случае, точка в данном вопросе скоро будет поставлена Конституционным судом.

Г.И. обратился в суд с иском о возмещении имущественного и компенсации морального вреда к Министерству финансов РФ. Требования о возмещении материального ущерба включали расходы на оплату услуг адвоката, возврат изъятых во время обыска денежных средств и двух мобильных телефонов. В ходе рассмотрения дела, уточнив исковые требования, Г.И. просил только о компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований Г.И. сослался на то, что в отношении его со стороны государственных органов осуществлялось необоснованное уголовное преследование. При рассмотрении дела судом уголовное преследование в части двух преступлений было прекращено в связи с непричастностью его к совершению этих преступлений и за ним признано право на реабилитацию. —Рыжаков А.П. Уголовный процесс: Учебник для вузов. – М.: Из-во НОРМА (Издательская группа НОРМА-ИНФРА-М), 2016, - 704с.

Из материалов дела следует, что Г.И. был задержан в порядке, предусмотренном ст. 91 УПК РФ, по подозрению в сбыте наркотиков и в отношении его судом была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей. Обвинительное заключение Г.И. было предъявлено по ст. ст. 30, 228.1, 228, ст. 69 УК РФ. За совершение преступлений, предусмотренных этими статьями (преступления, связанные с наркотическими средствами), он был осужден Выборгским городским судом Ленинградской области к 11 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

В рамках этого же уголовного дела Выборгский городской суд прекратил уголовное преследование в части предъявленного Г.И. обвинения в совершении двух преступлений в связи с отказом в прениях государственного обвинителя от обвинения. Постановлением суда в рамках уголовного судопроизводства за Г.И. признано право на реабилитацию ввиду его непричастности к совершению преступлений по двум предъявленным ему эпизодам.

Решением Выборгского городского суда иск Г.И. удовлетворен частично: размер компенсации морального вреда определен в сумме ниже требуемой истцом. По апелляционным жалобам Министерства финансов РФ и самого Г.И. дело было рассмотрено Ленинградским областным судом. Министерство финансов РФ просило отменить решение суда и вынести новое решение об отказе в иске, ссылаясь на несоответствие выводов суда материалам дела и на неправильное применение судом норм материального права. В обоснование своих доводов ответчик ссылался на то, что необходимые условия для возложения на казну Российской Федерации обязательств по возмещению Г.И. морального вреда отсутствуют, поскольку в соответствии со ст. 1070 ГК РФ такая обязанность может быть возложена на государство лишь при условии незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения содержания под стражей или подписки о невыезде. Вместе с тем, несмотря на то, что по двум эпизодам, указанным в обвинительном заключении, дело в отношении Г.И. было прекращено по реабилитирующим основаниям, уголовное преследование и меры процессуального принуждения в отношении Г.И. осуществлялись следственными органами законно. Положение истца как лица, обвиненного, арестованного и помещенного в условия изоляции в связи с совершением им преступлений и как претерпевшего в связи с этим ущемление личных неимущественных прав, определялось совершением им преступлений, по которым его вина доказана вступившим в законную силу приговором суда, а не обвинением в совершении преступлений, по которым государственный обвинитель отказался от обвинения. Г.И., в свою очередь, не согласился с частичным удовлетворением иска, ссылаясь на то, что суд не принял во внимание период времени незаконного уголовного преследования, незаконного содержания под стражей, количество процессуальных мер, проводимых в отношении его, категорию преступления и фактически причиненный вред в виде 11 лет лишения свободы.

Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда с учетом обстоятельств дела изменила решение Выборгского городского суда в части размера компенсации морального вреда и снизила взысканную в пользу Г.И. сумму.

Из приведенных судебных постановлений видно, что для судебных инстанций решающим доводом при удовлетворении иска Г.И. о компенсации морального вреда в связи с частичной реабилитацией явилось признание судом за ним права на реабилитацию при рассмотрении дела в уголовном судопроизводстве.

2. В другом деле по иску П. к Министерству финансов РФ о компенсации морального вреда судебные инстанции разошлись в позициях по поводу наличия у П. права на компенсацию. П. обосновал свои требования тем, что при рассмотрении вынесенного в отношении его приговора в кассационном порядке судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда исключила из приговора несколько эпизодов хищения и за ним было признано право на частичную реабилитацию.

Районный суд удовлетворил требования П. о компенсации морального вреда. Отменяя указанное решение и отказывая в иске П., судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда сослалась на то, что истцом не были представлены доказательства нарушения его личных неимущественных прав, причинения ему нравственных переживаний или физических страданий в результате уголовного преследования по части эпизодов хищения, исключенных из обвинительного приговора, вынесенного в отношении П., не были также представлены доказательства наступления для истца негативных последствий. В целом квалификация совершенных истцом преступлений изменена не была, срок наказания в виде лишения свободы также не изменен. Признание за истцом права на частичную реабилитацию, как отметил краевой суд, свидетельствует о наличии у него права на непосредственное возмещение имущественного вреда, устранение последствий нравственных страданий при наличии незаконного применения в отношении частично реабилитированного лица мер процессуального принуждения в ходе предварительного следствия. Возмещение вреда в данном случае возможно, если вред причинен незаконными действиями. Ссылка истца только лишь на факт признания за ним права на реабилитацию является недостаточной для взыскания компенсации морального вреда Далее в Определении Пермского краевого суда также отмечено, что "нормы уголовно-процессуального и гражданского законодательства не предусматривают права лица, уголовное преследование в отношении которого прекращено частично, а не полностью, либо частично оправданного лица на возмещение морального вреда, связанного с уголовным преследованием. Бесспорное право на возмещение морального вреда имеет лишь лицо, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, или лицо, дело в отношении которого прекращено полностью. П. к числу таких лиц не относится. Приговор в отношении истца состоялся обвинительный, он законно и обоснованно подвергся уголовному преследованию и был осужден к лишению свободы за совершение преступлений".

3. В деле по иску Я. к Министерству финансов РФ о возмещении морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения его к уголовной ответственности, районный суд г. Саранска отказал в удовлетворении требований. В судебном заседании было установлено, что Я. был осужден за совершение трех преступлений (по факту вымогательства денег у В., П. и Ч.), предусмотренных п. "а" ч. 3 ст. 163 УК РФ, к 11 годам лишения свободы. Определением судебной коллегии Верховного суда Республики Мордовия указанный приговор был отменен, а дело направлено на новое рассмотрение. Последующим приговором Я. был признан виновным в вымогательстве денег только у одного лица и осужден по п. "а" ч. 2 ст. 163 УК РФ к 4 годам лишения свободы. Отказывая в иске, районный суд пришел к выводу, что частично реабилитированный Я. не имеет права на компенсацию морального вреда в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, поскольку в соответствии со ст. 1070 ГК РФ право на возмещение такого вреда имеют только полностью реабилитированные лица.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Мордовия, разделяя прямо противоположную точку зрения, отметила, что вывод суда основан на неправильном применении закона и отменила решение районного суда. Позиция судебной коллегии мотивирована тем, что в п. 1 ст. 1070 ГК РФ, содержащей основания и условия возмещения вреда реабилитированным, одновременно закреплено, что такое возмещение производится в порядке, предусмотренном законом. В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок установлен ст. ст. 133 - 139, 397 и 399 УПК РФ. В ч. 1 ст. 133 УПК РФ предусмотрено, что право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, и при этом ни в названной, ни в других статьях не содержится положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, которое оправдано, на том лишь основании, что одновременно это лицо признано виновным в совершении другого преступления.

в обобщении судебной практики Архангельского областного суда судам региона прямо разъяснено, что с учетом положений ч. 1 ст. 133 УПК РФ нет законных оснований оценивать понесенные расходы по получению юридической помощи с позиции их разумности и соразмерности выполненной защитником работы, поэтому они подлежат возмещению в полном объеме.

В практике Верховного Суда Российской Федерации и некоторых других судов расходы заявителя по оплате труда адвоката оцениваются исходя из принципов соразмерности и разумности.

Например, в кассационном Определении Верховного Суда Российской Федерации по ходатайству К. буквально указано: «...Удовлетворяя требования о взыскании указанной суммы в полном объеме, суд обоснованно отметил, что размер вознаграждения адвоката отвечает требованиям разумности с точки зрения стоимости услуг за оказание квалифицированной юридической помощи...».

В Определении по ходатайству П. также указано, что требуемые им суммы за оплату юридической помощи адвоката Санкт-Петербургским городским судом признаны соразмерными характеру и сложности выполненных поручений. —Уголовное право России. Общая и Особенная часть. /Под ред. док. юрид. наук, проф. В.Г. Ревина. – М. Из-во «Юридическая литература», 2016. – 452 с.

Следует, однако, оговориться, что в указанных решениях суды не принимали решения об уменьшении таких сумм.

В судебной практике Псковской области имел место случай обращения оправданного Р. с заявлением о реабилитации, в котором содержалось требование о выплате ему расходов, связанных с получением юридической помощи в сумме 1926532 рублей. Указанная сумма сложилась, как следует из «калькуляции» адвоката: из суммы «за вступление адвоката в дело», «оцененное» в 266500 рублей; собственно защиты на следствии, в суде первой и второй инстанции - 1660032 рубля.

Рассматривая ходатайство Р., суд исключил из заявленных требований 899760 рублей, не являющихся фактическим оказанием услуг по защите (за «вступление в уголовное дело» и в период рассмотрения дела судом кассационной инстанции, в заседании которого адвокат не участвовал).

Оставшуюся сумму в размере - 1026772 рубля за оказание юридической помощи Р. суд уменьшил до 350000 рублей, руководствуясь принципами разумности и соразмерности.

Принимая такое решение, суд, как усматривается из постановления, учел объем, сложность дела, количество дней фактического участия адвоката как на предварительном следствии, так и в судебном заседании.

Так, уголовное дело в отношении Р. было возбуждено 27 октября 2006 г. по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ, впоследствии Р. было предъявлено обвинение по п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ и 30 августа 2007 г. дело было направлено в суд. 30 апреля 2009 г. в отношении Р. был постановлен оправдательный приговор, вступивший в законную силу 24 июня 2009 г.

Таким образом, общий срок уголовного преследования Р. составил почти 2 года 10 месяцев. Из этого срока адвокат в интересах Р. непосредственно участвовал в следственных действиях всего 25 календарных дней. Из назначенных 19 раз судебных заседаний состоялось только 6, в остальных случаях рассмотрение уголовного дела откладывалось по разным причинам, в том числе из-за неявки защитника.

Объем уголовного дела составил 6 томов. Учитывая эти обстоятельства, суд принял решение об уменьшении расходов по оплате труда адвоката.

Обжаловав Постановление, заявитель Р. в кассационной жалобе указал на нарушение судом положений, закрепленных в ч. 1 ст. 133 УПК РФ и недопустимость произвольного вмешательства суда в договорные обязательства, к которым относится и заключенное им соглашение об оказании правовой помощи с адвокатами Санкт-Петербургского адвокатского бюро.

Судебная коллегия по уголовным делам Псковского областного суда оставила постановление суда без изменения, указав, что суд, принимая решение, правильно руководствовался критериями разумности и соразмерности. Эти критерии, составляющие общеправовой принцип справедливости, закрепленный в нормах международного права (в ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод как право на справедливое судебное разбирательство), предполагает в том числе соответствие между действиями и их социальными последствиями, между трудом и его оплатой, нанесением вреда и его возмещением.

В соответствии с ч. 3 ст. 1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права являются составной частью законодательства Российской Федерации, регулирующего уголовное судопроизводство.

При этом нормы, содержащиеся в ч. 1 ст. 133 УПК РФ, не могут быть рассмотрены в отрыве от принципа справедливости и не предполагают безусловное удовлетворение неадекватных требований реабилитированного лица, не отвечающих этому принципу.

Европейский суд по правам человека при присуждении компенсации, связанной с оказанием юридической помощи, неоднократно ссылался на то, что указанные расходы должны быть реальными, разумными и понесены заявителем по необходимости.

Со ссылкой на эти обоснования судебная коллегия оставила решение суда без изменения

Однако по Постановлению судьи Верховного Суда Российской Федерации по жалобе Р. было возбуждено надзорное производство, и президиум Псковского областного суда принял решение об отмене судебных решений по ходатайству Р. с направлением дела на новое судебное рассмотрение. Суть оснований отмены сводилась к тому, что принципы разумности и справедливости не распространяются на договоры об оказании юридической помощи, по которым размер вознаграждений адвокатам ничем не ограничен.

После отмены решения суда первой инстанции требования оправданного Р. были удовлетворены в полном объеме —Григорьев В.Н. Победкин А.В. Яшин В.Н. Уголовный процесс: Учебник/ Отв. ред. В. Н. Григорьев. – М.: Эксмо, 2015. – 832 с.

Заключение

Конституция РФ, закрепляет в ст. 53,что каждый гражданин имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. УПК РФ закрепляет данное конституционное положение в гл.18.Таким образом, можно сделать вывод, законодательство РФ закрепляет право граждан незаконно привлеченных к ответственности на реабилитацию.

Реабилитация в уголовном процессе означает порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п. 34 ст.5 УПК РФ). Право на реабилитацию включает в себя право на возмещения имущественного вреда, устранения последствий морального вреда и восстановление в трудовых пенсионных, жилищных и иных правах: обеспечение возмещения вреда реабилитированному гражданину путем возложения обязанности такого возмещения на государство в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Главной целью реабилитации, является восстановление нарушенных прав лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию. Можно сказать, что правовая реабилитация является актом восстановления социальной справедливости. Ведь восстановление нарушенных прав позволяет возродить доверие между гражданином и представителями власти, стабилизирует общество, укрепляя справедливость, ведет к построению правового демократического государства.

Социальное назначение уголовного процесса обусловлено необходимостью борьбы с преступностью.

Нравственная позиция общества в сфере уголовного судопроизводства заключается в том, что оно заинтересовано не только в том, чтобы преступник был привлечен к уголовной ответственности и осужден, но и в том, чтобы невиновный не стал жертвой незаконного уголовного преследования. Соответственно правовая реабилитация является важным и незаменимым правовым институтом в наши дни.

Список литературы

  1. Конституция Российской Федерации. Официальный  текст. (с изм., внесенными Указами Президента РФ от 09.01.1996 № 20, от 10.02.1996 № 173, от 09.06.2001 № 679, от 25.07.2003 № 841, Федеральным конституционным законом от 25.03.2004 № 1-ФКЗ) //Российская газета. 25.12.1993. № 237.
  2. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13. 06. 1996 № 63-ФЗ  (ред. от 28.12.2004) //Собрание законодательства РФ. – 17.06.1996. – № 25. – Ст. 2954.
  3. Уголовно – процессуальный кодекс Российской Федерации. от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 02.12.2004) (принят ГД ФС РФ 22.11.2001) //Собрание законодательства РФ. – 24.12.2001. – № 52 (ч. I). – Ст. 4921,
  4. Агутин А.В. Уголовный процесс: Практикум: Общая и особенная части/ под ред. А.В. Агутин, В.Т. Томин. – М.: Юрайт, 2016. – 214с.
  5. Григорьев В.Н. Победкин А.В. Яшин В.Н. Уголовный процесс: Учебник/ Отв. ред. В. Н. Григорьев. – М.: Эксмо, 2015. – 832 с.
  6. Задерако В.Г., Семенцова И.А. Уголовно - процессуальное право/ под ред. В. Г. Задерако. – М.: Феникс, 2016. – 218 с.
  7. Лупинская П.А. Уголовно-процессуальное право: учебник/ под ред. П. А. Лупинской. – М.: Юристъ, 2015 – 345 с.
  8. Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РФ: По стостоянию на 20 агуста 2017 г. /Колек. Авт.; Под ред. Ф.М. Лебедева, Научн. ред., вступ. ст. В.П. Божаева.-  М.: Спарк, 2017. – 1007с.
  9. Рыжаков А.П. Уголовный процесс: Учебник для вузов. – М.: Из-во НОРМА (Издательская группа НОРМА-ИНФРА-М), 2016, - 704с.
  10. Рыжаков А.П. Краткий курс уголовного права. Учебное пособие. – М.: Информационно-издательский дом «Филим», 2016. – 384с.
  11. Словарь основных терминов по уголовному процессу /Под ред. В.К. Боброва. – М.: Щит-М, 2015. – 159с.
  12. Уголовное право: часть общая. Часть особенная. Учебник /Под общ. ред. проф. Л.Д. Гаухмана, проф. Л.М. Колодкина и проф. С.В. Максимова. – М. Юриспруденция, 2017. –784 с.
  13. Уголовное право России. Общая и Особенная часть. /Под ред. док. юрид. наук, проф. В.Г. Ревина. – М. Из-во «Юридическая литература», 2016. – 452 с.
  14. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: учебник для вузов по специальности «Юриспруденция» (Коллект. Авт.: Отв. ред. П.А. Луганская: Московская государственная юридическая академия. – 3-е изд., 2015.- 342с.
  15. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник /Отв. Ред. П.А. Лупинская. – М.: Юристъ, 2015. – 797с.




Похожие работы, которые могут быть Вам интерестны.

1. ПРАКТИЧЕСКИЕ И ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ РЕАЛИЗАЦИИ ИНСТИТУТА РЕФЕРЕНДУМА В МЕЖДУНАРОДНОМ ПРАВЕ

2. Институт реабилитации в уголовном процессе России

3. Рецидив преступлений и его значение в уголовном праве

4. Понятие соучастия и виды соучастников в Российском уголовном праве

5. Практические аспекты заключения сделки на примере ООО «ДВВ АГРО»

6. Практические аспекты применения правовых норм о неустойке

7. Убийство в состоянии аффекта и проблемы его правового регулирования в уголовном праве России

8. Принудительные работы как вид наказания в современном российском уголовном и уголовно-исполнительном праве

9. ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРОКУРОРА НА РАЗЛИЧНЫХ СТАДИЯХ УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА

10. Практические примеры расчета тепловых потерь